flying_bear (flying_bear) wrote,
flying_bear
flying_bear

Category:

Пятая подборка стихов


Страх

Зачем же броней необитые двери?
Зачем же нам стены не в метр толщиной?
Так можно подумать - друзья за стеной.
Так можно подумать - там люди, не звери.
А может быть, просто сейчас выходной?
Такая примета, почти суеверье:
Кто дверь открывает, не глядя в глазок,
Вопросом нелепым "Кто там?" не болея,
Тому не опасен кинжал Бармалея,
И Бука того не упрячет в мешок.
Ну, может, прирежут небольно, разок.
Ну, может, придушат рукой брадобрея.
Ну, может, немножко сотрут в порошок.
Ну, может, нечаянно вздернут на рее.
Судьба - лотерея, и жизнь - лотерея -
Так Цахес пробулькал, упавши в горшок.

Ветер

Сначала легкий ветерок
В траве играет шаловливо,
Шевелит листья на деревьях,
Мешает бабочкам порхать
(Чуть-чуть). Потом на небе тучки
(Еще не тучи) появились,
И ветер дует посильнее.
Трава шуршит, кусты шумят...
Вот и деревья закачались.
А вот и листья полетели.
И пыль. Откуда столько пыли?
Не только пыль, уже и камни.
Какая темень... Небо в тучах
С нездешней гнойной желтизною.
Ломаются, как спички, сосны,
Но корни держатся. Потом
Вихрь выворачивает корни,
И почва вспорота. Стемнело.
Совсем стемнело, не бывает
Такого ни безлунной ночью,
Ни в грозы. Разве что в пещерах.
Наверно, было б очень шумно,
Когда б могли хоть чьи-то уши
Все это слышать. Но куда...
Сплошная смесь из почвы, влаги,
Остатков воздуха, обломков,
Камней, костей, кусков деревьев...
На черном небе появились
Вдруг огоньки. Колючий звездный
Свет, не смягченный атмосферой,
Поскольку нету. Почвы тоже.
Скалистый остов проступает
Земли, как кости динозавра.
Нет больше ветра. И не будет.

Сон

В конце концов, уже устав от странствий,
Я очутился в тихом городишке
На берегу реки. И вечерами,
Когда почти стемнеет, так, что звезды
Еще не видно, но горит Венера
В зеленовато-голубой полоске
Слабеющего света над холмами,
Любил сидеть я и смотреть на воду.
Всегда один. Никто из горожан
Не выходил из дома вечерами,
Не знаю почему. Казался тихим
И очень безопасным этот город.
Спокойные, приветливые люди.
Но ровно в восемь запирались двери,
И до утра на улицах безлюдно.
Я спрашивать пытался о причинах,
В ответ мне, улыбаясь, говорили -
Таков обычай. Впрочем, я не очень
Общителен, и нравились мне даже
Прогулки одинокие при свете
Луны и очень редких фонарей.
Я отдыхал от напряженной жизни
Последних лет, и целых две недели
Еще позволить мог себе безделье.
И вот однажды музыку услышал
Я тихую с реки, и свет увидел
Неяркий, как от фосфора в часах,
Что в детстве подарил отец когда-то.
С десяток лодок к берегу подплыли,
Окутанных светящимся туманом.
Без весел, и, конечно, без моторов.
И без людей. Но их несло не просто
Теченье. Плыли к берегу они
Уверенно, но что их направляло -
Не знаю. Также музыки и света
Источник непонятен был. Когда
Они достигли берега, внезапно
Туман непроницаем стал, и ярко
Свет вспыхнул, так что я почти ослеп.
Когда же смог я снова что-то видеть,
Не стало лодок, но людей десяток
Стоял на берегу. Хотя, возможно,
Что это были вовсе и не люди.
Похожи на ожившие скульптуры
Из дерева, меня не замечая,
Они пошли по улице. И вскоре
Услышал жуткий вой, нечеловечий
И не собачий. Никогда не слышал
Я ничего подобного. И ужас,
Тоска, печаль - все сразу навалилось.
Что было дальше - к счастью, я не знаю,
Поскольку удалось опять проснуться.

Правила

Мне сон приснился, что маньяк в отеле
Орудует, где я остановился,
И, будто бы, как раз прошедшей ночью
Зарезаны семейные две пары.
Мне рассказал об этом сам хозяин,
Так просто, как о чем-то любопытном,
Но, впрочем, посоветовал закрыться
Получше на ночь. Если ж будут дергать
Снаружи дверь или ломать пытаться,
Сидеть спокойно, ведь замки и двери
В его отеле крепостью известны.
Покойные наверняка впустили
Убийцу сами. Если ж помнить твердо,
Что открывать нельзя, что б ни кричали,
Что б ни творили - риска никакого,
И, в общем, это даже интересно -
Сплошной адреналин, и все такое.
Я заикнулся было об отъезде.
Ответил он, что это малодушно
И что, признаться, он разочарован
Во мне. Уж я вполне понять способен,
Что жизнь вообще такая: много правил,
Которых нарушение смертельно,
Но если выполнять беспрекословно,
Бояться нечего. И в чем проблема -
Запомнить: ночью дверь не открывают.
А впрочем, уезжать уже и поздно,
Поскольку вечер. Время есть на то лишь,
Чтоб номера достичь и там закрыться.
Сеньор, спешите! И спокойной ночи.

Мир наших снов

Интересно, где Готье все-таки показали
Его пресловутые бездны, кущи и купола.
Меня вот постоянно мурыжат на грязном вокзале,
Потом куда-то едешь в дурацком поезде - и все дела.
Поезд, похожий на теплушку, иногда - пересадка на ероплан,
Несерьезный, сделанный будто бы из фанеры.
Постоянно теряешь то документы, то чемодан.
Вероятно, это недостаток или отсутствие веры.
В городе из моих снов скучно и грязно.
Там есть река, но пляж замусорен, и серый песок.
Ходить по этому городу достаточно опасно.
С транспортом беда, и постоянно совершаешь ночной марш-бросок,
Который неизвестно чем обернется. А с утра на работу,
В здание, куда продираешься через какой-то подземный лаз.
На каждом шагу встречаются вязкие, агрессивные идиоты
И очень мало что радует сердце, ухо и глаз.
Хотя, бывает. Например, там удивительные красные скалы.
Нефункциональные. Ни для чего. Просто торчат меж домов.
А иногда встречаешься с хорошими людьми, которых не стало.
Возможность такого общения очень красит мир наших снов.
Но душно, душно. Много хуже, чем на самом деле.
Почему же тогда «сон» и «мечта» - одно слово, dream?
А вдруг - наоборот, то, что мы здесь ворочаемся в постели,
Лишь снится нам там, где на самом деле мы в это время спим?

Когда Спящий проснётся

Солнце, встающее над ржавыми гаражами,
Багровое, в лёгкой дымке гало.
За мной опять всю ночь гонялись с ножами,
А также я всю ночь за кем-то гонялся с ножами,
Но, опять, оказалось - во сне. И мне, и им повезло.
Наши сны переполнены кровью и крошевом.
Говорят, если чистая совесть - спишь без проблем.
Видимо, не хватает на всё время во мне хорошего,
Днём я, да, мало кого обижаю
И, как граф Толстой, почти никого не ем.
Какое счастье, что мы сравнительно мирные человеки.
Нет, не так, просто сейчас сравнительно мирные времена.
Но, между прочим, Вий постоянно талдычит «Поднимите мне веки»,
И кто-нибудь когда-нибудь ему их поднимет одна...
Страшно даже подумать, что там, под тонкой плёнкой
И под густой пеленой убаюкивающих завораживающих слов.
А ведь нас не зря в детстве учили - давайте, орлёнки,
Учитесь летать, ну и вообще - будь готов.

Духовные упражнения

От него несет страхом и похотью.
Недозвери инстинктивно стремятся
Размножиться в предчувствии гибели,
Дабы снабдить нас новой
Пищей взамен себя. Мудро
Белоснежный, золотополосый
Великий Тигр сбалансировал
Мироздание. Пища не кончится.
Одно движение лапы. Но это будет
Тигриное, слишком тигриное. А значит,
Недостойное истинного тигра.
О, несравненная сладость
Победы над собой, когда смотришь
В сдобную морду недозверя.
Он даже не успеет дернуться.
Его хребет сломает и тигренок.
Да что там - легкое дуновение
Ветерка от качающихся ветвей
Переломит эту тростинку.
Зарыться лицом в мясо,
Полное дымящейся крови.
Что может быть проще?
Но Я Этого Не Делаю.
В жилах моих огонь
Самой трудной победы -
Победы над самим собой.

В осеннем парке

За осенью не следует зима.
Деревья дремлют, листья уронив,
Про холода спросонок пробубнив.
Возможно, снится вьюга им и тьма.

Они навряд ли знают про морозы,
Что разрывают ветви и стволы.
Ведь так и в наших снах - ножи, стволы,
Погони и смертельные угрозы.

Мы люди мирные, но на пути,
Который, к счастью, въяве не найти
Ржавеет бронепоезд опаленный.

Ухоженные буки да дубы,
В потенции - дреколье да гробы,
Хороших снов вам до листвы зеленой.

Образы безумия

1.

Горячий ветер выжигает разум,
И раскаленной струйкою песок
Обтачивает хрупкие идеи.
Как филигранна мысль. Но это смерть.
Узорчатые шаткие структуры.
Свет, ясность, сухость. Белое на синем.
В зените солнце. Выжгло даже гадов.
Стерильность. Ветер. И песок поет.

2.

Вода везде. Тяжелый липкий воздух.
Трясина. Жирная густая слизь.
Нагроможденье полусгнивших бревен.
Сплошное копошение желаний,
И чувства, как гигантские мокрицы,
Кишат в грязи. Неясная угроза
Во всем. Зеленый ядовитый полог
Над черною водой в цветных разводах.

3.

Пластмассовые трубочки цветные,
Потертые, в белесых заусенцах,
Составлены в несложные фигуры,
И где-то вяло булькает вода.
Намусорено. Рваные бумажки
Лежат повсюду, битые бутылки.
Здесь надо бы прибраться. Будет скучно
И некрасиво, но зато спокойно.

Не вижу альтернативы

Вы помните ли то, что видели мы летом?
Мой ангел, помните ли вы
Ту лошадь дохлую под ярким белым светом,
Среди рыжеющей травы?
(Ш. Бодлер)


Все было точно так, как сказано в стихах:
Зловонье, гной, густая слизь и злая сука,
На падаль падкая, как дикари на Кука,
И мухи вольные паслися в потрохах.

А если - в клочьях обгоревших провода,
Куски бессмысленные ржавого металла,
Обломки жалкие, что взрывом разметало -
Их даже мухи жрать не будут никогда?

Да, склонны к смерти, лошадям подобно, мы -
От поножовщины, политики, чумы
(Для лошадей, понятно, есть свои причины),

Сгниет со временем красотка в смрадной мгле,
Бодлер имел резон для скорби на челе -
Но, право слово, не прочнее и машины.
Tags: стихи сборник
Subscribe

  • История

    Погрязнуть лучше в янтаре, Чем в твердом горном хрустале, Когда у вечности в капкане. Собаки лают во дворе, Лежит селедка на столе, Чего-то плещется…

  • Вечность и ее братья

    Нет ничего победы хуже, Стыднее мига торжества. Как Герман пел: она мертва, Но правда вылезет наружу. С поклоном принесут ключи От врат богатства и…

  • Правила

    Мне сон приснился, что маньяк в отеле Орудует, где я остановился, И, будто бы, как раз прошедшей ночью Зарезаны семейные две пары. Мне рассказал об…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments