flying_bear (flying_bear) wrote,
flying_bear
flying_bear

Categories:

Двор

Нельзя возвращаться. Никакого катарсиса, тяжесть и тоска. Поразительное убожество домов и дворов, которые когда-то были очень, очень важными. Во-первых, двор был очень большой, со сложной географией. Помню место, в котором рос карагач. Помню, какие у него листья - маленькие, с зазубринами, зеленые, но сухие на ощупь. Еще были клены. Осенью, когда листья облетали, оставались ножки, похожие на радиоантенны. Именно так я их и использовал в каких-то играх. В дом наш собирались проводить газ, но так и не провели. Оставались от этой затеи разрытые траншеи с вязкой красноватой глиной. Лепили из нее машины, танки и прочее, сушили и красили серебряной краской (где брали? Не помню. Зато хорошо помню, как бросали в воду куски карбида). Играли в войну. Оставалась еще несостоявшаяся газовая станция, двухэтажная коробка белого силикатного кирпича со страшными подвалами (какие там могли быть страшные подвалы, что за чушь? Но были же). Там тоже играли в войну, но уже не в роли демиургов-полководцев глиняных воинств, а самими собой. Бумажные самолетики. Иногда они долетали до крыш четырех-пятиэтажных домов. Однажды мой самолетик перелетел в соседний двор, в котором жил мой самый лучший тогдашний друг. А в нашем подъезде, как раз под нами, жил сумасшедший, самый настоящий, которого выпустили из сумасшедшего дома. Ребята постарше рассказывали страшные истории про него. Сам сумасшедший выглядел нелепо и не очень страшно - маленький, с туповатым лицом, в чем-то ярко-зеленом. Но священный ужас безумия делал его важной персоной. Впрочем, он почти никогда не выходил из своей квартиры. У нас появился один из первых телевизоров в доме, маленький "Рекорд". Смотреть приходило человек по двадцать, помню "Чапаева" (с тех пор я его больше так и не смотрел). Середина двора была огорожена дощатым забором, зимой там был каток. Эта коробка стоит до сих пор. Бог ты мой, какое все это теперь маленькое и грязное. Важное: первая встреча со смертью - похороны дедушки. Первая большая любовь, в детском садике. Она жила в соседнем дворе. Когда мы пошли в первый класс, их семья уехала в Среднюю Азию. Детский садик, как здание, существует, но там сейчас что-то очень взрослое, кажется, отделение миграционной службы. Двор также был местом действия многих важных снов. Помню, как над ним летала отвратительная лошадь со страшными оскалеными зубами. Она гонялась за мной, но я сумел резко взлететь (воздух был очень вязкий, липкий, как сироп, лететь было трудно, тем более, резко), спикировал на нее сверху и свернул ей шею. Моя первая (и последняя?) настоящая победа над силами зла. За соседним двором был продуктовый магазин (он до сих пор там). В первом классе я иногда заходил туда по дороге из школы домой и брал мороженое по тринадцать копеек. Папа потом расплачивался, когда шел с работы. Все всех знали. "Ты из какого квартала?" Главный вопрос детства. Ответ: 19б. Через улицу жили враги. 19а. Враги всегда через дорогу, и Империя Зла от Империи Добра отличается на какую-нибудь одну букву, причем обычно соседнюю. Но люди стали с тех пор защищеннее - все двери подъездов теперь железные, с кодовыми замками. Не надо было мне туда приходить.
Tags: проза
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 40 comments