April 15th, 2016

норма

Старая, старая сказка (из старого)

Был император всех подлей и злее,
Тиран и гад от пяток до бровей.
Он заслужил быть трупом в мавзолее,
Но спасся через птичку соловей.

Он что-то понял нервными узлами.
Он видел смерть, но смерть домой ушла,
Его оставив с добрыми делами
(А он считал себя исчадьем зла).

Дела взаправду были хороши ли,
Или в сравненьи с тем, что быть могло...
И тут его подушкой придушили,
В других поскольку оставалось зло.
норма

Вопль души поэта, спросившего, какое, милые, у нас тысячелетье на дворе, и получившего ответ

Только говорят улетев на Луну
Вождь был могучего интеллекта
Чтоб не видеть больше ни одну
Некто в сером никто или некто
Вот чтобы видеть всех их не
Согласишься пожить на Луне
Воздуха нет но зато есть вода
А кислород можно добыть из пыли
И не делить его с лишенными стыда
А также совести в общем приплыли
Там грустный Заяц толчет кору
Эликсир бессмертия не на продажу
И никогда не читает газету ру
И анекдот ру не читает даже

(из старого)
норма

Развивая Тютчева (из старого)

Я тоже не всегда страдал фигнею,
Я тоже знаю толк в культур-мультур.
Псы-рыцари, построившись свиньею,
И с ними лично дядька Козлотур...

Вий, веки вздев, глядит в Наполеоны,
Графиню Герман лущит топором,
Анчар на почве, зноем раскаленной,
Произрастает - к счастью, за бугром.

Права имея птичьи, реет гордо,
Как раз над серединою Днепра,
Рожденный ползать, сделав козью морду,
Мол, тут всегда унылая пора.

Щелкунчик пляшет с Королем Мышиным,
Писатель Горький поминает мать...
И Кибальчиш не выдал буржуинам,
Каким все это местом понимать.