May 10th, 2015

норма

Вспомнил чего-то

В конце 80х, когда Союз начал открываться, было несколько огромных научных конференций, куда съехались "все" иностранцы. В Киеве была такая, в 1988 году, по электронной структуре. Ну и, конечно, duhovnost. Концерт для участников, сам по себе, замечательный. С переводом. Ведущий объявляет: "Богородице, Дево, радуйся". Переводчик переводит: "Girl Mary, be happy".
норма

Про glasnost. Банальное

В советское время самодеятельность в высказываниях не поощрялась, даже если люди своими словами выражали преданность советской власти и мечту о скорейшем крахе мирового империализма. Потом стало можно говорить "все", что, по умолчанию, означает "ругать начальство" (чистая психология: человек сам по себе не склонен кричать на весь мир, как ему хорошо и как все вокруг замечательно, а вот, если что не так, то, конечно, может и покричать). В техническом смысле, это означает отрицательную обратную связь, необходимое условие стабильности (в термодинамике известно как принцип Ле Шателье). Переход в состояние, когда свобода слова используется, главным образом, чтобы предвосхищать желания начальства и демонстрировать свою лояльность и гиперлояльность, означает переход к положительной обратной связи и полной нестабильности. Это (нестабильность при положительной обратной связи) - общее свойство любых систем, не зависящее от чьих-то желаний и намерений. В этом смысле, демонстрирующие лояльность и есть главные революционеры - они делают сохранение статус кво объективно невозможным.
норма

Вариации на темы Пушкина с присовокуплением тем Бродского (из старого)

- Когда же, Моцарт, мне не до тебя?
А сам из перстня сыплет яд в посуду.

Пером гусиным в Болдино скрипя,
Вот так вот Пушкин заклеймил паскуду.
Сальери вышел жалкая душа.
Сидел, корпел, писал... до геморроя,
Из года в год. А толку - ни шиша.
И это - наказание второе,
Как смерть вторая. Ну, разъял, как труп.
Прекрасно препарирована Муза.
Тончайший скальпель, а не ледоруб.
Претензий никаких по части вкуса,
Но не хватает духа и огня.
Египетские ночи. Клеопатра.
Пойдут за дудкой крысы, семеня...

В пирожных привкус бромистого натра.

А из того, что сходу сочинил
Гуляка праздный с дудкой и стаканом,
Заимствует идеи Гавриил
В последний свой концерт для труб с органом.

Вчерашний раб, никто, ничей не зять -
Судьбы избранник, баловень Фортуны,
Возьмет все то, чего захочет взять,
Пока мы все глядим в Маоцзедуны,
Как просветленный смотрит в пустоту.

А дух опять, где хочет, там и дышит.
И новый Дант склоняется к листу,
Но только хрен у нас он что напишет.