December 24th, 2008

норма

Про птиц небесных

Неудобство мансарды, сконапель, чердака - это наклонное окно.
Голуби насрали на стекло, посмотришь вверх - а небо в говне.
Глубоко символическое зрелище, как это представляется мне.
То ли у птиц в уборных разруха, то ли в головах - не мозг нации, а говно.

Так учили не то профессор Преображенский, не то вообще Ильич.
Хорошо бы всех голубей на пароход, да и к Канту, в Соловки.
Пусть там объясняют друг другу про правила правой и левой руки
И спорят, может ли ни с того, ни с сего на голову свалиться кирпич.

Окно, впрочем, что, окно можно, в конце концов, взять и помыть.
То ли кризис, то ли война с Антантой и блокада четырнадцати держав,
То ли власть тиранов задрожала и приняла новую форму, чуть подрожав,
То ли тут кто-то опять рассекает и спрашивает, куда ж нам плыть.
  • Current Music
    Шостакович, Четырнадцатая симфония
  • Tags
малыш

Черновик проповеди, если бы меня попросили таковой подготовить

Человек избавляется от алмазов, чтоб набрать себе побольше стекла,
И видит в этом резон, ибо алмазов мало, а стекла, сравнительно, дохуя.
Но в какой-то момент, он задумывается - а не дал ли все-таки маху я,
И не спросят ли: ну что, сынку, помогла тебе твоя стеклотара? Помогла?

Объясняю для тех, кто в танке или, к примеру, под танк попала голова:
В этой аллегории под алмазами разумеется то, что у нас глубоко внутри,
И что от нас останется, если последовать насчет черты случайные сотри,
А под стеклом - то, что Гамлет-младший называл "слова, слова, слова".

Если же кто-то спросит, оторвавшись на секунду от важных дел, на бегу -
Что за фигню несете, где ж найти идиота, чтоб сменял на стекляшки алмаз,
Отвечу, что сам удивляюсь, в миллионный раз так же, как в первый раз,
И объяснить это поразительное явление природы ну совсем никак не могу.