September 15th, 2006

норма

Комментарии к русской классике

"Нет, если я попаду под поезд, и мне перережут живот, и мои внутренности смешаются с песком и намотаются на колеса, и если в этот последний миг меня спросят: "Ну что, и теперь жизнь прекрасна?" - я скажу с благодарным восторгом: "Ах, как она прекрасна!" Сколько радости дает нам одно только зрение! А есть еще музыка, запах цветов, сладкая женская любовь! И есть безмернейшее наслаждение - золотое солнце жизни, человеческая мысль! ... Положим, вас посадили в тюрьму на веки вечные, и всю жизнь вы будете видеть из щелки только два старых изъеденных кирпича... нет, даже, положим, что в вашей тюрьме нет ни одной искорки света, ни единого звука - ничего! И все-таки разве это можно сравнить с чудовищным ужасом смерти? У вас остается мысль, воображение, память, творчество - ведь и с этим можно жить. И у вас даже могут быть минуты восторга от радости жизни" (А. И. Куприн. Поединок).

Это - по книге Иова. "Похули Бога и умри". Напоминание, что каждому из нас _всегда_ есть за что благодарить Бога. Лично нам. Но тогда нас цепляют через наши лучшие _человеческие_ качества. Уязвляют пониманием несовершенства мира. Стыдно быть счастливым, когда... ну, понятно. Слезинка ребенка. В общем, как говорит Гэндальф, "Кольцо знает путь к моему сердцу, знает, что меня мучает жалость ко всем слабым и беззащитным, а с его помощью - о, как бы надежно я их защитил, - чтобы превратить потом в своих рабов".

Все эти проблемы всё равно необходимо решать. "Сутра основных обетов ботхисаттвы Кшитигарбхи": отказаться от личного спасения, пока не спасутся все живые существа до последнего, во всех мирах. В каком-то смысле, это не отказ, а трезвое понимание, что по-другому и не получится. "А по-другому в этом мире не прожить". Но всему своё время. Время говорить, что коллективного спасения не бывает. И время говорить, что не бывает никакого другого спасения, кроме коллективного.