полет

Опубликованы три книги стихов

Стихотворения. Том первый

Стихотворения. Том второй

Новые стихи. 2013-2016

Огромное спасибо всем, кто сделал это возможным. Марку. Алле. Славе.

Примерно пятую часть каждой книги можно читать безвозмездно, то есть - даром (в том числе, предисловие В. В. Николаенко в первом томе), а полные книги, увы, можно только заказать за умеренную плату (по ссылкам). Такие там порядки.
норма

***

Проходит Солнце зимнею дорогой.
В его несчастном доме все смеша...
И ты его пожалуйста не трогай,
А то не будет больше ни шиша.

Не будет света, елки и зарплаты.
Трусишке зайке серому кранты.
Кто тут последний в Понтии Пилаты
В порядке предкрантовой суеты?

Кто прокуратор, тот и прокуреет.
Кто Ирод, тот и вовсе царь горы.
Эх, широка страна Гиперборея!
Растут там на осинах топоры,

На соснах лобзики, на елках пилы,
И всякий пионер всегда готов,
А плотники, заместо чтоб стропила
Вздымать, везде наставили крестов.

Там вечный бой ковыли с кобылицей,
На всем подряд лежит ночная мгла,
А все сопровождающие лица
Таскают за начальником тела,

Душ не имея, ибо нахрен души
Тому, кто безмятежней поросят?
В саду неоколоченные груши,
Как призраки повешенных, висят.

Мне - первый класс, в карету-мне-карету.
Пусть дорого, но третий задолбал.
Когда ближайший рейс? Что значит - в среду?
Пустите Дуньку с корабля на бал.

Ну да, в Европу. Где хрустят скелеты.
Виновны ль мы, что всем одна цена?
Мы молодцы. А в области балета
Особенно старается страна.

Мороз крепчает. Бьют часы на башне
Серпом по яйцам, мерой всех вещей.
И день, что настает - всегда вчерашний.
Других там не бывает вообще.
норма

(no subject)

Мир пробовал ловить Сковороду,
Но не поймал. Сачок попался с дыркой.
Философа надежнее Бутыркой -
А то уснет некстати на посту,

С ноги собьется, не надраит пряжку,
Надумает неправильных мыслЕй.
Вольтер ему фельдфебеля милей.
Такого лучше сразу в каталажку.

Живет в природе всяческая тварь.
Скребется мышь. Химичат тихо змеи.
Потом укусят, сраму не имея.
Аптека, в общем. Улица. Фонарь.

На фонарях мы умников когда-то.
А то чего они умнее всех.
Какой с них прок? Вот кролик - мясо, мех.
И уши, да. Полезные ребята.

Мир кролика ловил, да и поймал.
Лежит, как все, с картошечкой, на блюде.
Быть надо проще. Надо жить, как люди.
А кто не хочет - сразу наповал.

Зудит комар. Проводятся парады.
Шумит камыш. Безмолвствует змея.
С хуяли умных стало дохуя?
Реально раздражают эти гады.

Важнейший из вопросов - половой.
Нас так учили. Правильно учили.
И вечный бой. За надпись на могиле.
За право жрать. За право быть жратвой.
норма

***

Катится катится волшебный клубок
Колючая проволока валирийской стали
Не садись на пенек не ешь пирожок
Не такому нас учит товарищ Сталин

Вперед товарищ и только вперед
Железные сапоги жестяные портянки
А Бог на том свете своих разберет
Причина смерти у всех по пьянке

Но важно за что пил и важно с кем
Если с волком тамбовским живую воду
То наш человек и тогда без проблем
Можешь долго любезным быть тем народу

А царство Кощея неблизкий край
По дороге и звери и птицы и гады
Для успеха задания ты разбирай
Кого сразу в расход а кого не надо

Проявляй смекалку жалей птенцов
Потерпеть придется но к счастью недолго
И получится все в конце концов
С дубом и уткой с яйцом и иголкой

С Кощеем коварным и злым как прогресс
И смертоносным как планы Генштаба
И станет садом дремучий лес
И станет царевной любая жаба
норма

***

Как ноет все - но не болит, по крайней мере.
К дождю? К вождю? Или еще к какой холере?
Неровен час - обломят руки, как Венере.
Чего и ждать, когда в кольце врагов.

Осталось только выживать ценой потери,
Прикрыв умищем недостатки в экстерьере.
Кто знает, что случиться может в атмосфере,
Когда начнут салонное тангО?

Танго, пусть все танцуют танго,
И пусть летит в степи тачанка,
И пусть враги обходят с фланга,
И голой жопой пуган еж.

Кружат, смотри как пары кружат.
Садится солнце грузно в лужу.
Бывает, в общем, много хуже.
Куда ж нам плыть? А хрен поймешь.
норма

Записки ленивого и нелюбопытного путешественника

В Палермо ночь. И если б только тут.
На полпланеты. Видимо, интриги.
Но здесь прикольно. Кактусы растут,
И вместе с ними кактусовы фиги.

И вообще - тут юг, в натуре, йух.
Ты знаешь край, где сок течет граната?
Но все проходит. Скоро нам terug*,
Туда, где Кельна дымные громады,

И вечный бой, и шашки наголо,
И составленье индекса для книги.
А здесь тепло. В натуре, тут тепло.
Свидетелями кактусовы фиги.

История, в которой не силен.
Про мафию написаны романы.
Сюда не приезжал Наполеон,
Зато арабы были и норманны.

Пустая это, впрочем, суета -
Показывать ученость за бесплатно.
Я ж говорю: прикольные места.
На солнышке погрелись - ну и ладно.

____
*Произносится «терух», значит «цурюк».
норма

Заметки исторического оптимиста

Вот жизнь пошла - то жаба, то гадюка.
А за окном унылая пора.
Железный век, однако. Кали-юга.
Мне видеть невтерпеж, этцетера.

А, впрочем, сколько лет уж невтерпежу?
Четыреста - и ни в одном глазу.
Чем разочаровавшуюся рожу
Всё корчить - лучше заведи козу.

В широком смысле, в переносном даже.
Нырни до дна и оттолкнись от дна.
Ведь есть и что-то доброе в пейзаже.
Ну, например, красивая луна.

Виновны ль мы, коль хрустнули скелеты?
Ведь жал-то кто? Орлы! Богатыри!
Да и вообще - вот мухи, вот котлеты.
Отделены! Что хочешь, то и жри.

И вечный бой был не настолько вечен,
Как мог бы по заветам Ильича.
И свечи на столе горели. Свечи!
А это лучше, чем одна свеча.

Мело, мело - но все же, не в квартире.
Свистели - но не пули у виска.
И даже то, что дважды два четыре,
Сказать ненаказуемо пока.

Какого же рожна нам не хватает?
Кто ноет, что все плохо, тот трепло.
А снег идет, и на ресницах тает,
И, значит, есть в глазах еще тепло.
норма

Будет ласковый дождь

В общем вымерли все так уж тут повелось
Ископаемый Еж в мои сны проползает
Там встречают его Ископаемый Заяц
Ископаемый Волк Ископаемый Лось

Гул прошедших времен за скелетом скелет
Кто подрезал кого в давней гонке к обрыву
Кто красиво ушел кто ушел некрасиво
Нам не видно уже из-за давности лет

Эволюция где твое жало теперь
Что ж ты всяких ушлепков жалеть научилась
Даже нас а зачем мы скажите на милость
Если зверь человек значит хуже чем зверь

Вспыхнет мир синевой не от Солнца тот свет
Ибо пряников сладких и вкусных конфет
Не хватает на всех а потом все пройдет
Мамонтенок вернется и Крошка Енот
И ни птица ни ива слезы не прольет
Как полет все прекрасно нормальный полет
норма

***

Когда судьба стучится в дверь
И просит есть сурок -
Тут агасферь, не агасферь,
А наступает срок

Опять из края в край вперед
С веревкой и мешком,
И, если нам плакат не врет
Шершавым языком -

Товарищ, верь, взойдет она,
А вслед за ней оно.
Исчахнут звезды и Луна
И кончится кино.

В этапы длинные ведут
Огромные срока.
А нам какое дело тут?
Пора кормить сурка.

Один эон, другой эон -
И в каждом с печки бряк.
Мы все глядим в Наполеон,
Но это же коньяк.

Воняет истина в вине,
Как самый тухлый сыр.
Готовит Заяц на Луне
Бессмертья эликсир.

Сурок не станет есть такой.
Сурок, он не дурак.
В маньчжурских сопках за рекой
Насвистывает рак.

С подвижной лестницы своей
Спускается Ламарк.
И Конь, и Бегемот, и Змей,
И прочий зоопарк

Назад стекают, в океан
Без окон и дверей.
Факир сегодня в дупель пьян,
Ему не до зверей.

Гасите свет, тушите звук.
Кругом сплошной отстой,
И приближается Паук
С паучьей глухотой.

А спорим - все же, не хана?
На тысячу рублей?
Бывали хуже времена,
Бывали и подлей.

Но, вроде, разум тоже был,
И уши есть у нас,
И хелицеровый дебил
Нам вовсе не указ.

Тысячелетья на дворе,
Как пули у виска...
Что там у нас в календаре?
Понятно. День сурка.

Из края в край, из века в век,
В мороз, и дождь, и зной...
Но, говорят, я человек,
А он всегда со мной.
норма

Из ФБ для памяти: теория конденсированного состояния

Раз уж пошла такая пьянка, давайте я расскажу, что, с моей сугубо личной точки зрения, изменилось в теории конденсированного состояния (это примерно половина всей наличной теоретической физики) по сравнению, ну, скажем, с 1960 годом.

Если коротко: всё.

Что, собственно, было по состоянию на 1960 год? Была, в очень приличном виде, динамика кристаллической решетки (там основы были заложены Борном, фон Карманом и Дебаем в начале века, потом, сразу после создания квантовой механики, был Пайерлс, ну, сразу после войны появилась теория неупругого рассеяния нейтронов, она же потом пригодилась для эффекта Мёссбауэра) - но рассчитывать фононные спектры, а следовательно, термодинамику и т.п. конкретного кристалла возможностей не было. Вообще.

Была зонная теория (теория невзаимодействующих электронов). Было качественное понимание, почему она часто работает, хотя и не должна (теория ферми-жидкости Ландау). Было качественное понимание, что работает она не всегда (концепция моттовского изолятора, на самом деле, восходящая к работам Шубина и Вонсовского 1930х). Была феноменологическая "фермиология", разработанная главным образом И.М.Лифшицем и сотрудниками. Возможностей конструктивно обсуждать электронную структуру конкретных веществ практически не было.

Магнетизм был понятен "в принципе", но при попытках оценить, скажем, температуру Кюри железа получался неправильный порядок величины, ну и, кстати, и знак.

Была феноменологическая теория сверхтекучести гелия-4 (Ландау), а также теория сверхтекучести слабо неидеального Бозе-газа (Боголюбов) и основанная на вариационном принципе (то есть, неконтролируемых приближениях) теория Фейнмана. Была теория сверхпроводимости, феноменологическая (Лондон, Гинзбург-Ландау, Абрикосов...) и полумикроскопическая (БКШ). Была концепция плазмонов (Бом и Пайнс). Были первые попытки разработать микроскопическую теорию взаимодействующих частиц, основанную на диаграммной технике (Геллман, Бракнер, Мигдал, Галицкий, Беляев...).

В общем и целом, теория конденсированного состояния базировалась на чистой феноменологии, то есть, на законах термодинамики и соображениях симметрии. Просто потому, что ничего другого сделать было нельзя, во всяком случае, контролируемым образом. Была общая концепция "квазичастиц", то есть, совсем грубо, утверждение о том, что все на свете подобно идеальному (или слабо неидеальному) газу, если правильно выбрать переменные.

Что изменилось.

(1) Теория конденсированного состояния стала в очень значительной степени вычислительной. Кстати, в СССР так толком и не стала до самого его распада, не в последнюю очередь, из-за позиции "ведущих научных школ" (я хорошо помню, что "об использовании компьютеров говорят только те, кто не может использовать собственные мозги").

(2) За счет этого и за счет развития новых концепций и подходов, теория "конденсированного состояния вообще" превратилась в теорию конкретных материалов и веществ. Мы действительно _понимаем_ теперь, чем литий отличается от натрия, иридий от платины, а железо от никеля.

(3) Очень важная часть современной теории конденсированного состояния (тоже резко отрицаемая советскими "ведущими научными школами") - это исследование моделей (от почтенной модели Хаббарда до новомодной модели SYK). До 1960х эта деятельность была сугубо маргинальной. Сейчас - магистральная.

(4) Скейлинг, ренормгруппа, далее везде. В современной теории конденсированного состояния понятие "класса универсальности" едва ли не более важно, чем понятие "квазичастицы" в теории образца 1960 года.

(5) Соотношение с математикой. "Старая" теория конденсированного состояния обходилась математикой (в лучшем случае) 19 века. Главной доблестью теоретика было умение проинтегрировать в комплексной плоскости или решить несложный дифур (обыкновенный). Сейчас - как бы ни раздражало порой злоупотребление словом "топологический", но... в общем, чтобы разобраться в физике графена, таки необходимо иметь представление о теореме Атийи-Зингера, об эволюции Шрамма-Лёвнера и о чем только не.

(6) Происходящее прямо на наших глазах: концепция quantum entanglement постепенно становится в центр теоретической физики, включая теорию конденсированного состояния. Что про это говорят (говорили) классики советской науки? А говорили они, например, что Эйнштейн после 1925 года вообще ничего в физике не сделал (работа Эйнштейна-Подольского-Розена, в которой, в сущности, появилось это понятие, возможно, самое важное во всей физике - если не во всем естествознании - опубликована в 1935).

В общем, сейчас речь идет о совершенно новой науке.